ФАКТ ИЗ ИСТОРИИ НЕРЧИНСКА. ИЗВ...

ФАКТ ИЗ ИСТОРИИ НЕРЧИНСКА. ИЗВОЗЧИКИ Несколько лет назад на одном из антикварных интернет-аукционов я приобрел весьма интересную фотографию. Первое, что в ней удивило – обозначенное на оборотной стороне в виде художественного штампа имя автора, явно китайца – Чиу-Фу-Чин. Оказывается, был в начале прошлого века в Нерчинске и такой фотограф. Необычен и сюжет снимка: в центре большого двора стоит запряженная лошадью пролётка, в которой сидят дети и опять же китаец. Возраст последнего определить по снимку сложно, быть может, это сын или какой-то родственник фотографа, а может и извозчик. Судя по одежде, все герои фотографии люди не бедные. То, что сфотографировались они именно в Нерчинске, сомнения не вызывает – на горизонте видны легко узнаваемые сопки. Как часто бывает, получил я эту фотографию по почте, полюбовался, убрал в папку, в которой хранятся различные фотораритеты, и со временем забыл о ней. На днях, отбирая материал для второй части книжной серии «Нерчинский музей: вехи истории», я наткнулся на небольшую заметку, опубликованную 14 октября 1990 года в газете «Забайкальский Рабочий». Её автор Николай Владимирович (Хосаен Хаирливарович) Хакимов, с которым мне довелось быть знакомым лично. Он более 20 лет возглавлял Читинскую государственную заводскую конюшню и был очень увлечен изучением истории забайкальского коневодства. Называется статья «Нерчинские извозчики». Вот тут-то и вспомнилась мне та фотография. Я решил «объединить» их, а также прибавить к ним ещё один экспонат, хранящийся в фондах Нерчинского краеведческого музея, и представить вашему вниманию. «Жители современного Нерчинска, если им надо куда-то ехать, выходят на остановку и, немного потомившись в ожидании автобуса, едут. Кто-то из одного конца города в другой, а кто-то и в дальние сёла. Сердито урчит на подъёмах мотор, скрипят тормоза, открываются и закрываются дверцы. Если путь предстоит дальний, горожане могут взять билет на поезд, при сильной спешке – воспользоваться и самолётом. А ведь всего 70-100 лет назад единственным транспортом здесь были конные экипажи: пролётки, тележки, дрожки, сани, дровни, кошевы. На них же совершали и далёкие путешествия. В 1891 году в Нерчинске для извозчиков было установлено 25 мест стоянок (бирж), за право пользования которыми власти планировали получить в тот год сто рублей дохода. Желающие заниматься легковым извозом платили в городскую управу установленную таксу и получали два жестяных знака с выбитыми на них годом и номером. Одна жестянка прибивалась с правой стороны у летних экипажей, с левой – у зимних, а другую извозчик обязан был всегда иметь при себе (такой жетон сохранился в фондах Нерчинского музея – А.Л.). Дважды в год представители властей проводили на биржах осмотр экипажей на их надежность, в случае необходимости запрещали пользоваться теми, которые требовали ремонта. Одновременно проверялось состояние костюма извозчиков и конской сбруи. Выявленные недочеты подлежали быстрому устранению. Для извозчиков были установлены определённые правила, которые они обязаны были неукоснительно соблюдать. Вот некоторые из них: «Не должны дозволять себе (на стоянках – Н.Х.) ни шума, ни крика, ни употребления бранных слов. Петь песни воспрещается. Во время езды быть трезвыми; случайно охмелевший должен отправиться домой… Слишком скоро по улицам не ездить. С седоками быть вежливыми, даже и тогда, когда возникает спор о размере платы». Какой же, кстати, была плата за проезд в конном экипаже? К сожалению, автору не удалось отыскать таксу, по которой рассчитывались нерчугане. Впрочем, её нелегко было найти даже и в те времена, когда ею пользовались: не висела она ни на местах стоянок извозчиков, ни в центре города. Считалось, правда, что такса такая существует и хранится где-то в управе. Однако широкой публике она была плохо известна. В результате между пассажирами и извозчиками часто возникали споры и недоразумения. Случалось и так, что недовольный пассажир покидал экипаж не рассчитавшись, и извозчику не раз приходилось приезжать к нему на дом требовать оплату. Замечу попутно, в 1903 году в Чите такса легковых извозчиков была такой: проезд в один конец города – 20 копеек, в час – 40. Ночью проезд в конец города – 40 копеек, в час – один рубль, за подачу с биржи – 20 копеек. Кроме городских маршрутов, легковые извозчики доставляли жителей Нерчинска до станции Баронка (Приисковая) и до ближайших сёл. Скрипели рессорами экипажи, наносило запахом конского пота и промазанной дёгтем сбруи, покрикивали на лошадей восседавшие на козлах извозчики… Всё шло так, как было заведено много лет назад. И вдруг… 27 июля 1912 года нерчинские извозчики, а их было тогда около 70, не выехали на своих «залетных» на городские улицы. Они объявили забастовку. Забастовщики требовали уменьшить плату за право извоза с 10 рублей в год за номер до 5 и повысить таксу за провоз пассажиров. Газета «Забайкальская новь» сообщала тогда: «Забастовщики ведут себя прилично и своим поведением не вносят никакого разлада в обычную жизнь города». Извозчики не попустились своими требованиями даже тогда, когда начавшиеся дожди покрыли улицы лужами и грязью. Никто не соблазнился высокой оплатой, которую им предлагали пассажиры в ненастье. В итоге городские власти вынуждены были пойти на уступки, объявив, что с января следующего года налог за право легкового извоза будет составлять пять рублей в год. Удовлетворённые своей победой, забастовщики выехали на работу, и на нерчинских улицах вновь послышались привычные окрики: «Эй, извозчик, подвези?!». Материал подготовил Александр ЛИТВИНЦЕВ

Пост опубликован: 04.04.2022 01:28:37
Количество просмотров: 1554

Министерство культуры
Противодействие коррупции
Выбор культурной столицы